Одно бюро: как Россия создает новый истребитель

0
22

Одно бюро: как Россия создает новый истребитель

Прослушать новость

Остановить прослушивание

close

Одно бюро: как Россия создает новый истребитель

Wikimedia Commons

На этой неделе издание National Interest выпустило колонку о новом российском истребителе ПАК ДП — загадочном проекте МиГ-41, который американцы описывают как «совершенную технику», способную изменить правила игры. Военный обозреватель «Газеты.Ru» Михаил Ходаренок разбирался, насколько предположение журналистов NI соответствует действительности.

Одно бюро: как Россия создает новый истребитель

По мнению авторов National Interest, российские разработчики закладывают основу для нового усовершенствованного поколения истребителей. Речь, скорее всего, отмечает издание, идет о 6-м поколении стелс-перехватчика под кодовым названием ПАК ДП, которому также приписывают индекс МиГ-41.

Журналист Марк Эпископос пишет, что эта боевая машина уже давно запланирована как преемник находящегося в настоящее время на вооружении ВКС вполне успешного МиГ-31. Предположительно, на его базе и будет построен новый самолет. При этом подчеркивается, что МиГ-41 превзойдет своего предшественника по всем показателям.

Сейчас проект ПАК ДП, уточняет National Interest, находится на финальном этапе создания. Остается неизвестным, сколько пробных моделей компания собирается произвести до начала серийного выпуска.

Опубликованная в NI статья опирается на многочисленные публикации российских СМИ, ссылавшихся на комментарии отечественных военных и разработчиков.

МиГ-41, как утверждал в многочисленных интервью генеральный директор корпорации «Микоян» Илья Тарасенко, будет способен выполнять боевые задачи в суровых условиях Арктики, а также в ближнем космосе.

Наряду с пилотируемым вариантом этого самолета разработчики сообщали о планах создать и его беспилотную версию. Скорость истребителя-перехватчика будет достигать M – 4-4,3. Предполагается, что самолет будет создан с применением новых технологий малозаметности и иметь очень большой радиус перехвата.

Насколько все это соответствует действительности? Чтобы дать объективный ответ, сначала придется задать себе несколько более конкретных вопросов.

В каком состояние российский авиапром?

Для начала напомним, что на базе компаний Сухой и АО «РСК «МиГ» в России будет сформирован дивизион военной авиации. И это, по большому счету, объективный процесс. В Соединенных Штатах тоже поначалу было много фирм, которые занимались проектированием и серийным производством истребителей, но с годами их становится все меньше и меньше. Разве что Китай пока еще может позволить до некоторой степени параллельные разработки — ресурсов у КНР много, недостатка в кадрах нет.

Откровенно говоря, Россия сегодня не тянет крупные параллельные проекты в сфере тактической авиации. Тем более, что чистых перехватчиков, подобных МиГ-31, на вооружении военно-воздушных сил передовых в военном отношении стран мира нет.

Объединение МиГа с Сухим означает, что двух полноценных параллельных КБ в сфере истребительной авиации Россия сегодня себе позволить уже не может.

К примеру, у ОКБ Сухого сегодня есть поистине общенациональный проект — Су-57. Поставок этих истребителей в войска пока нет — этому есть как объективные, так и субъективные причины. Ресурсы сейчас концентрируются на доводке машины, а также на двигателе, вооружении для этого самолета. В то же время соизмеримая по сложности разработка — стратегический беспилотный летательный аппарат — тоже у Сухого.

Таким образом, в ближайшее время в России останется только одно конструкторское бюро, занимающееся разработкой современных истребителей. В 1990-х годы ОКБ Сухого выжило, поднялось, а АО «РСК «МиГ», по большому счету, «потерялось».

МиГ попытался сделать рывок. В этой связи достаточно вспомнить БЛА «Скат», но, по большому счету, это так и закончилось ничем. К тому же влиятельность АО «РСК «МиГ» в российском авиапроме была существенно меньше, чем ОКБ Сухого. Соответственно, и возможности тоже меньше. Кроме того, для МиГа в тот период времени налицо была и череда не вполне удачных руководителей, которая тоже ни к чему хорошему для этой фирмы не привела.

Для чего нужен новый истребитель?

Что касается проекта истребителя МиГ-41 — то на сегодня это ничем не подтвержденные заклинания и лозунги. Микояновское руководство в этом плане ничего не опровергает, но в то же время и не подтверждает.

На современном этапе МиГ-41 — это обсуждения, исследования, проработки, но не более того.

Вменяемой концепции ПАК ДП нет. И тем более нет какого-либо полноценного проекта, да и нет ясного ответа, нужен ли он в принципе. Сейчас работы по МиГ-41 на стадии научно-исследовательских разработок. Затем должна последовать опытно-конструкторская работа, строительство прототипа, испытания, доводка. А это, по современным меркам, не менее 15 лет напряженной работы.

Да и непонятно, какие преимущества будет иметь ПАК ДП перед Су-57? И как выглядят те задачи, которые не может решить сегодня Су-57? Какие-то новые угрозы? Но они еще никак не прорисовались.

Разговоры о том, что ПАК ДП, он же истребитель 6-го поколения, будет летать в ближнем космосе, находятся, мягко говоря, в некотором противоречии с законами физики и аэродинамики.

Есть ли деньги?

Словом, средств нет, темы нет. То есть нет денег, нет программы, КБ без крупного проекта — миф. А на все это по нынешним временам требуются просто огромные деньги. А тут еще и исчезает самостоятельное КБ, которое теоретически могло заниматься МиГ-41.

Между тем полноценное КБ в сфере истребительной авиации — это минимум 1000 чел. Чем им заниматься, если нет крупного проекта? МиГ-35? Однако это экспортная машина. Для ее модернизации и доводки полноценного КБ не требуется. И что тогда? Чем загружать конструкторов, специалистов, инженерно-технический состав, что они будут делать, каждый день приходя на работу?

Поэтому интеграционные процессы в сфере тактической авиации объективны.

%А как же внутренняя конкуренция в сфере истребительной авиации, которая, как известно, является двигателем прогресса? Ведь можно поставить и такой вопрос.

Однако все разговоры о конкуренции на данном этапе — от лукавого. Нет денег — нет и песен. Поэтому все дискуссии о конкуренции сегодня — без всякого преувеличения — разговоры ни о чем.

Какие еще есть препятствия?

Отсутствие внутренней конкуренции в конечном итоге может сказаться на качестве боевой авиации страны весьма отрицательно. Если в государстве вырастет истребительная монополия с огромным весом и влиянием, то, обладая входом к военно-политическому руководству, она сможет продавить любые решения, к тому же и не всегда оптимальные.

Уравновесить эти процессы мог бы квалифицированный заказчик, то есть военное ведомство с его однозначным видением будущего. Но влияние военной науки на эти процессы в настоящее время существенно ослабло.

Наука военного ведомства так и не оправилась после мощных организационно-штатных и волюнтаристических ударов периода 2008-2012 годов. Получив почти смертельные ранения, она до сих пор не вышла на путь выздоровления.

Соответственно, упала по сравнению с временами СССР и квалификация заказчика. И это огромная проблема, особенно на перспективу. Сочетание этой проблемы с монополизацией — угроза, чреватая разного рода весьма негативными последствиями для российской боевой авиации в целом.

Еще одна проблема — люди калибра Павла Сухого и Михаила Симонова. Эти конструкторы видели будущее. Сегодня мы наблюдаем, что современные разработчики обладают далеко не тем влиянием, которое имели конструкторы истребителей раньше. К слову говоря, товарищ Сталин к себе на совещания завхозов не вызывал. Мог человек решить проблему — и под него версталось решительно все — деньги, кадры, ресурсы. Сейчас действуют несколько иные формулы.

Таким образом, МиГ-41 — это далеко не главная проблема, которая сейчас налицо в сфере боевой авиации России.

Источник

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here